REAL AMAZONAS.

Амазония: пираньим утром


Пролог

Перед тем как Вы уважаемый читатель начнёте изучать наш рассказ отчёт об Экспедиции 2007 года на Амазонку, хочу сказать, что мне 40 лет, я никогда не употреблял наркотиков, занимаюсь спортом, не курю и пью умеренно, Кастанеду не читаю за обедом в качестве Библии. Моё мнение насчёт обряда аяуаски являются моими личными соображениями и ни в коей мере не должны повлиять на решение путешественников в джунглях…принимать им аяуаску или нет…


Часть первая.

Подготовка.

После короткого пробега по взлётной полосе, небольшой красивый Боинг компании Перу - Стар, взял курс на Пукальпу. Мы летели в джунгли и не просто в джунгли, а в дремучие леса Амазонии. Начинался один из самых увлекательных участков нашего путешествия по Южной Америки.
О Амазонии мы знали немного, основной багаж наших знаний составляли фильмы ВВС, голливудские страшилки типа «Анаконда» и пугающие слухи о невероятно злобных рыбах пираньях, аллигаторах, ядовитых пауках и змеях, миллиардах кровососущих насекомых. Мы слышали, что там до сих пор водятся племена ифндейцев – каннибалов, там очень влажно и жарко одновременно.
Всё ЭТО, мы собирались испытать на собственной шкуре. Шкуры наши уже к этому моменту задубели на ветрах холодных пустынь Боливии, обветрились в горах Кардильера Бланка, испытали на себе штормящую Титикаку. Нам не хватало только жарких, влажных объятий тропических лесов бассейна Амазонки. Что такое Амазонка, я Вам уважаемые читатели рассказывать не буду. Напомню только, что величайшая река нашего мира, рождается от слияния двух довольно крупных перуанских рек, Укаяли и Мараньон. Именно на Укаяли и лежал наш путь. Мы хотели почувствовать рождение самой мощной реки, побыть индейцами Амазонии хоть на несколько дней, ощутить этот таинственный многообразный мир, на себе. Для этих целей мы летели в Пукальпу, город находящийся рядом с рекой Укаяли.
В Пукальпе нас ожидал довольно легендарный человек, который участвовал в съёмках этих самых фильмов ВВС, работал с многими известными путешественниками, был профессором амазонских наук выживания. Звали его Гилберт. Он был сыном шамана, индейцем – полукровкой из племени кокама, в крови которого наполовину текла испанская кровь. Из своих 54 лет, 30 лет он водил белых - гринго в самые дебри джунглей. Его тело хранило на себе многочисленные шрамы от встреч с аллигаторами и другими хищниками дикой сельвы, его взгляд был ясен и всегда излучал улыбку. Это был, наверное, самый чистый и позитивный человек, которого мы встречали в своей жизни.

 
Может быть, с ним можно сравнить только его отца, 75-ти летнего шамана дона Альберто, но об этом позже. Гилберт был частью этого мира, он его любил и уважал. .
Гилберт оказался просвещенным индейцем, у него был свой сайт в интернете, он немного владел английским, что обеспечивало ему постоянный приток клиентов. Мы связались с ним ещё зимой, обсудили наши планы покорения Южной Америки, договорились на встречу в Пукальпе, весной, когда мы закончим свой трип по Перу и Боливии, и специально прилетим в джунгли. И вот, мы летим к нему. За бортом самолёта проплывают заснеженные вершины Анд, где месяц назад мы получили свою порцию горной болезни, града, снега и дождя, а сейчас это всё позади и вспоминается, как мультик про тягости и лишения.
Стюардесса выкатывает небольшой столик с напитками, из спиртных там всего 2 вида напитков, это французское шампанское и украинская водка «Немиров». Я изумлённо таращусь на весточку с родины. Вот те на! никогда бы не подумал, что на внутренних рейсах одной небольшой перуанской авиакомпании, можно увидеть нашу украинскую горилку. Про Украину в Южной Америке, чаще всего слыхом не слыхивали, в лучшем случае припомнят нашего футболиста Шевченко, и кое-кто вспомнит про Чернобыль. Оставшиеся 30 минут полёта я, причмокивая и щурясь от удовольствия, медленно пью, щедро налитые стюардессовской рукой 50 грамм водки. Родина нас помнит и ждёт! Это был знак.
Аэропорт Пукальпы оказался маленьким и страшненьким. Вещей у нас было совсем не много, лёгкие майки и шорты, репелленты от москитов, фото и видео. Всё остальное нам должен был предоставить наш гид. Гилберт ожидал нас около входа в аэровокзал, нетерпеливо приплясывая с ноги на ногу и держа в руках лист картона с надписью « Andrew Andreiev». Рядом околачивался молодой парень, похожий на Гилберта. Это был его сын Хосе. Встреча наша была достаточно тёплой и радостной, после коротких представлений и объятий, мы впрыгнули в небольшой пикап - внедорожник и отправились к месту нашего ночлега.
Выход в джунгли был намечен на следующий день. Требовалось ещё подготовить лодку, докупить резиновые сапоги наших размеров для походов по затопленным джунглям, воду и провизию. Гилберт хотел пообщаться с нами, чтобы побольше узнать о наших привычках и желаниях.
Ночевать мы отправились к сестре Гилберта Елене. Она была хозяйкой небольшой гостиницы, где нам и предоставили ночлег. Проживание у неё обходилось в 40 солей, сюда входило, встреча в аэропорту на её машине, ночь в мини гостинице и доставка к лодочной станции на следующий день.
С Гилбертом у нас уже была выяснена финансовая часть нашего путешествия. Его услуги стоили 40 долларов в день на человека по форме: всё включено. Осталось переговорить насчёт нюансов связанных с жизнью в джунглях. В ходе переговоров с ним, он для себя радостно открыл, что моя жена неплохо говорит по-испански и ему не надо напрягаться с его не очень хорошим английским, что мы не боимся опасностей и жаждем приключений, что мы хотим увидеть дикие джунгли, пожить с индейцами, пройти шаманский обряд аяуаски. При слове «аяуаска», Гилберт внимательно на нас посмотрел и сказал, что ему надо немного подумать и решить насчёт обряда. Не всё, тут так просто, там, где затрагиваются духи, нельзя шутить и играться, он должен быть в нас уверен. Он поговорит с папой и завтра скажет о своём решении.
Теперь немного о том, что такое аяуаска. О ней много писалось в Интернете, как крайне негативного, так и хвалебного, больше всё же негативного. После этих описаний у меня лично сложился портрет непрерывно рыгающего белого путешественника, которому до каждой клеточки это всё опротивело. Поэтому мы решили подойти к этому вопросу с опаской и осторожностью. Пытались поподробнее что-то об этом узнать.
Сколько сотен или тысяч лет на территории Амазонии проводиться обряд аяуаски, доподлинно неизвестно. Это очень древний шаманский ритуал.

С появлением первых миссионеров в джунглях, их вначале исправно кушали, потом поток проповедников стал настолько большим, что всех съесть уже не могли и туда пришло католичество. Церковь пыталась бороться с индейскими верованиями и шаманизмом, но в результате на сегодняшний момент, там всё переплелось в причудливый клубок христианских традиций и индейских толкований.
Папа Гилберта, дон Альберто был уважаемый шаман в третьем поколении и в тоже время он являлся исправным католиком, регулярно посещающим церковь и истово верящим в Иисуса Христа. Вот такой парадокс, скажите Вы! А на самом деле ничего парадоксального. Шаманизм индейцев Амазонии не требует преклонения перед чужими богами и демонами. Шаманизм индейцев Амазонии это, прежде всего знание природы, лечебных свойств сельвы, это и есть сама глубинная природа этого мира. Поэтому конфликта особого не возникло и на сегодняшний момент там всё переплелось самым неожиданным способом, когда потомственные действующие шаманы являются истовыми верующими, а служители церкви, зачастую обращаются к шаманам для излечения тех или иных недугов. Так вот обряд аяуаски это своего рода лечебная терапия для нашего мозга. В процессе обряда, вы, направляемые умелой рукой шамана, можете открыть у себя в голове самые заветные шкафчики, повытряхивать мусор со всех укромных уголков вашего сознания, решить или понять вещи, долгое время не поддававшиеся вашему пониманию. За три часа знакомства (а именно столько длиться обряд) с таинственной аяуаской вы сможете, что-то для себя понять, что-то такое, что нам детям урбанизированной планеты никогда не приходило в голову.
Гилберт интересуется у нас, не принимали ли мы наркотики раньше? Получив отрицательный ответ, он довольно кивает головой. Спрашивает, известно ли нам, как проходит обряд аяуаски? Я говорю, что известно в общих чертах.
Похоже, что для себя он уже что-то решил, насчёт нас, но чего-то хочет узнать дополнительно.
Общаясь с нами несколько часов, он пытается понять, можно ли впустить нас к себе в душу, не представляем ли мы опасность для него и его отца. Были случаи, когда внешне спокойные и тихие городские жители при проведении обряда аяуаски бросались на шамана, пытались его задушить, причём делали это, не обязательно воздействуя физически. Однажды один француз долгое время добивавшийся, чтобы обряд ему провёл именно дон Альберто, попытался убить его. Ночь ритуала прошла внешне спокойно, но потом, на протяжении целого месяца дон Альберто боролся за свою жизнь с тем существом, которое вылезло из нехорошего француза и пыталось поглотить старого шамана. Эти случаи и привели к тому, что папа Гилберта, почти не практикует с неизвестными людьми, хотя к нему огромная очередь желающих попасть на приём. Эти все события так напугали в своё время самого Гилберта, что он наотрез отказался продолжить дело отца и стать шаманом.
Обсудив с Гилбертом наши желания, мы окончательно составляем план нашей пятидневной экспедиции. Отправляемся мы завтра, в полностью автономный поход, в Гилберта лодку грузим воду, фрукты, еду, топливо, большой ящик-термос для хранения свежей рыбы или мяса, москитные сетки и прочие необходимые вещи. Лодка у нашего гида небольшая моторная, с нами отправиться также его сын Хосе, который будет помогать отцу в установлении лагерей, управлении лодкой и просто поможет по хозяйству. На этой деловой ноте, мы прощаемся с нашим гидом до завтра и отправляемся в город, чтобы закупить необходимые в поездке вещи, а также несколько десятков шариковых ручек и тетрадок. Ручки и тетрадки нам необходимы были для раздачи детям бедных индейских деревень. При страшной нищете проживающего в джунглях коренного населения, каждый листик бумаги там очень цениться. Закупив всё необходимое, мы пошли отдыхать.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

Мир, в котором живут дельфины и Осо - Перисосо.


Рано утром машина Елены отвезла нас на лодочную станцию, где уже находился Гилберт, готовый отправиться в плаванье. Жарко и влажно. Лодочная станция была построена сто лет назад на берегу большого озера Аринакоча. Наверняка именно отсюда отправлялись в свои походы бесчисленные миссионеры, вот только обратно возвращались считанные единицы.
Гилберт знакомит нас со своей лодкой, она небольшая и узконосая, похожа на большое каноэ с крышей и мотором. Гилберт построил эту лодку своими руками и назвал её в честь любимой дочки Нормиты - «Mi Normita». Забрасываем свои рюкзаки на борт этого небольшого судна и в путь. В первый день нашего плаванья мы должны были переплыть озеро Аринакоча, а потом через целую систему узких проток, перебраться на реку Укаяли, там у нас должна была состояться первая ночёвка.
Плывём. Мотор лодки фырчит довольно громко, но нас это почему-то абсолютно не раздражает. Гилберт показывает на проплывающую мимо уютную деревушку и поясняет, что там его дом, деревня называется «Новый свет Фатимы», довольно странное название для нашего уха, привыкшего к Петровкам, Малиновкам и пр. Наш гид поясняет, что Фатима это один из библейских персонажей, в честь этой женщины и назвали свою деревню исправные католики прихожане. Пока плывем, Гилберт надавливает нам по стакану апельсинового сока. Процесс давки сока происходит следующим образом: Гилберт достаёт из большой плетёной корзины по несколько апельсинов, разрезает их пополам и давит своими крепкими, мощными руками прямо в два стакана. Быстро и эффективно.
Через час плаванья по озеру мы замечаем сидящую на дереве здоровенную игуану, подплыв ближе для фотографии, мы обнаруживаем, что среди ветвей прячутся, по крайней мере, ещё два экземпляра этих красивых ящеров.

При нашем близком появлении они прыгают с веток дерева в воду и скрываются среди затопленных зарослей. В это время года, когда сельва почти повсеместно затоплена и аллигаторы с пираньями ушли кормиться вглубь леса, у игуан почти нет врагов, кроме человека. В августе, когда уровень воды в реке становиться минимальный, пропитания становиться всё меньше и такой вот прыжок в воду, мог бы закончиться разрыванием игуаны, голодной стаей пираний.
- Они даже комок земли готовы сожрать, если кинуть в воду, а игуана для них просто дар с неба – рассказывает Гилберт.
Через час плаванья мы заходим в тихую запруду, на берегу стоит большая деревня, где Гилберт хочет познакомить нас со своей подругой, которая занимается изготовлением всяческой индейской керамики. Гуляем по деревушке. Очень жарко и сами местные жители попрятались от жары в своих хижинах. Видим только периодически выглядывающие лица любопытных детишек. Дом подруги Гилберта, это типичное жилище индейцев Амазонии. Соломенная крыша на подпорках и несколько натянутых гамаков.

Керамика довольно интересная, но нет ничего готового для покупки, а жаль, очень хотелось чего-то на память сторговать.
Потом Гилберт выводит нас на центральную площадь этого селения, где продаются кое какие сувениры и стоит смешной памятник, какой то женщине с кувшином. Женщина с кувшином, всем своим обликом напоминает чемпиона Амазонии по метанию молота.
Я спрашиваю Гилберта, кому этот памятник, в ответ он только недоумённо пожимает плечами.
В рядах, где продаются сувениры, при нашем появлении происходит явное оживление. Нас активно зазывают купить всякое ненужное барахло. Моей Оле, какой-то дедушка даёт пострелять из духовой трубки в надежде, что она, восхитившись этим примитивным оружием, непременно его купит.
Мы покупаем маску и какой-то кувшин, сделанный из плода местного растения и украшенный вырезанными животными. Надо плыть дальше, до первой ночёвки ещё очень далеко и желательно добраться до темноты. Ночью плаванье по реке вещь опасная, течение несёт большое количество веток и даже целых деревьев. Если напороться лодкой на плывущее дерево, то можно быстро затонуть.
Через полчаса плаванья озеро, наконец, кончается и начинается петляние по разным протокам и каналам, которые образовались из-за сильного разлива воды. Нам на встречу попадается всё меньшее количество лодок, цивилизация всё больше отдаляется.

Плыть по затопленному лесу очень интересно, деревья стоят очень близко, поют птицы, в ветвях кто-то шубуршит и дерётся. Гилберт останавливает лодку около одного огромного раскидистого дерева, берёт мачете и срубает несколько больших зелёных круглых плодов. Это хлебное дерево. Внутри этих зелёных плодов мы находим плоды поменьше похожие на каштаны, если эти каштаны обжарить на сковородке, то по вкусу их почти не отличить от картошки. Гилберт обещает пожарить их нам завтра на обед.
Наконец и протоки кончаются, деревья раздаются и мы выходим на очень большую реку, ширина её около 200-т метров и больше, цвет воды мутно-жёлтый, это и есть река Укаяли. В том месте, где наша протока впадает в Укаяли, резвятся несколько речных дельфинов. Их серые небольшие плавники мелькают то тут, то там. Где-то рядом наверняка есть и знаменитые розовые амазонские дельфины, но они пока прячутся от нашего взора. Пересекаем реку наискось, по пути видим несколько больших барж, доверху наполненных распиленным лесом. Это браконьеры тащат свой незаконный груз к перекупщикам в Пукальпу. Лес в Амазонии запрещено вырубать, бесконтрольная вырубка джунглей уже сейчас привела к необратимым изменениям с лёгкими нашей планеты. Но на добыче древесины сидит настоящая мафия, которая не гнушается и убийствами тех, кто пытается им помешать рубить сельву. Гилберт рассказывает нам несколько известных ему случаев, когда неугодных людей просто уничтожали ради срезанного куска дерева. Когда-то на берегах местных рек стояли огромные деревья по несколько десятков метров высотой, на которых находили приют огромное количество разной живности, особенно в период разлива реки. Сейчас этого, почти нет, всё уничтожено.
Подплываем к небольшому песчаному острову на берегу, которого чинно расхаживают большие важные птицы, похожие на очень больших цаплей.
Наша лодка их не пугает, и они продолжают ходить взад-вперёд по островку. Неожиданно рядом с лодкой раздаётся шумный всплеск и показывается рябая розовая спина большого дельфина.
-Вот и розовые пожаловали - говорит Гилберт.
Моя жена, тут же спросясь у Гилберта разрешения, залезает в реку. У нее, оказывается, была своя потаённая мечта поплавать бок о бок с розовыми амазонскими дельфинами. Дельфины эти очень пугливы и не подпускают к себе ближе, чем на пять метров. Но и этого хватает, чтобы получить массу удовольствия, купаясь с десятком этих грациозных созданий.

Сворачиваем с Укаяли в очередную притоку и углубляемся в джунгли. То тут, то там на деревьях сидят игуаны, это место они почему-то шибко полюбляют, поясняет нам Гилберт. Мы начинаем играть в своеобразную игру считалку, кто больше насчитает сидящих на деревьях игуан. Со счётом 21-17 побеждает Оля. Неожиданно игуаны пропали, и больше мы их в этот день не видели.
Солнышко начинает клониться к закату. Вдруг Гилберт указывает на группу деревьев у реки и говорит, что там укрылось Осо-Перисосо. Мы с Олей озадаченно пытаемся рассмотреть это таинственное существо Осо-Перисосо.

Осой-Перисосой оказался небольшой ленивец, который нехотя обдирал листья какого-то дерева и также нехотя, засовывал их в рот. К вечеру они просыпаются и начинают кушать, тогда то и можно увидеть их в движении, большее же время суток Осо-Перисосо, крепко спят.
Когда уже начинает смеркаться, наша лодка пристаёт к небольшому островку, поросшему деревьями. Там у Гилберта подготовленная стоянка для ночёвки. Есть расчищенное место под москитные палатки. С наступлением сумерек нас начинают одолевать москиты. Приходиться одеть рубашки с длинными рукавами и обрызгаться с головы до ног репеллентами. Это помогает, кусают не так агрессивно, хотя всё равно кусают. Пока Гилберт с Хосе заняты установкой москитной сетки для нашего сна, нам подвесили пару гамаков, где мы качаемся в своё удовольствие, обмениваясь впечатлениями сегодняшнего дня. Справа и слева в затопленных зарослях начинает просыпаться ночная жизнь, там что-то квакает, булькает, шурудит ветками.
Наконец наш москитный домик на двоих готов. Он представляет собой палатку из очень тонкой прозрачной сетки, на полу постелен полиэтилен и несколько матрасов. Под голову, запасливый Гилберт притащил нам из лодки, пару мягких подушек. Выглядит это очень уютно и сразу хочется спать. Мы открываем молнию в москитную палатку и быстренько ныряем во внутрь, готовиться к ужину и сну. Вместе с нами в палатку успевают просочиться с десяток москитов, и мы несколько минут заняты уничтожением кровососущих тварей. Гилберт на лодке начинает греметь сковородками и кастрюлями и через 15 минут он появляется в лучах фонарика с подносом в руках. На подносе большое блюдо с жареной рыбой и два стакана апельсинового сока. Рыба оказалась невероятно вкусной, очень похожа на нашу балаклавскую барабульку, только плоская и больше размером. Называется она пеламида. Быстро слопав угощение и выпив сок, мы, скромно потупив очи, попросили Гилберта добавки.
Наш неутомимый гид, озадаченно почесав свою седую голову, пошёл на лодку, где опять принялся греметь сковородками и кастрюльками. Добавка была уничтожена с такой же скоростью, после чего мы заявили Гилберту, что готовы питаться амазонской рыбой хоть каждый день и если он может обеспечить нас этой пищей, то наша радость не будет иметь границ. Мясо мы не хотим, хотя и не вегетарианцы.
Гилберт обещал чего-то придумать на завтра. Главная проблема по его словам, это то, что рыба сейчас кормиться в лесу, ей хватает пищи, и она с неохотой идёт на крючок. Завтра мы будем гостить у индейцев племени shipibos – conivos и Гилберт по возможности прикупит у них рыбы, для нас.
Выключаем фонари и ложимся спать. Вокруг начинается невероятное феерическое представление, летают тысячи светлячков, ночные звуки джунглей придают этому зрелищу, какой-то мистический вид. В пяти метрах от нас начинает кто-то громко квакать, потом раздаётся всплеск и кваканье обрывается на самой высокой ноте. Судя по всему, квакушку скушали. Под шорохи ночного леса мы тихо засыпаем, даже не зная, что завтра нас ждёт очень экстремальный день.


ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ.

По грудь в воде.

Семь утра. Гилберт с Хосе уже во всю заняты приготовлением нашего завтрака. Мы умываемся, чистим зубы и перья, интересуемся у Гилберта происхождением ночных звуков. Он рассказывает, что ночью приходила капибара, это такой местный, довольно крупный грызун, а также бродило травоядное животное (местное название мы не запомнили), ростом около полуметра. Также в кустах около острова чего-то не поделила парочка аллигаторов, а под утро в деревьях над нами, устроила разборки небольшая стайка обезьян. Утром действительно, кто-то оглушительно кричал и визжал у нас над головами.
На завтрак у нас омлет с кофе. Быстро завтракаем и собираемся. Снимаем лагерь, грузим всё в лодку и отправляемся в плаванье. Лес вокруг невероятно красив, река ярко жёлтого цвета….очень красиво.

12a
Через час пути показывается небольшая деревня из двух десятков домов. Домики стоят на сваях, т.к всё вокруг покрыто водой. В некоторых домах бегают куры и утки.
Большая группа мужчин возиться с мотором у единственной лодки, женщины моют посуду в реке и заняты хозяйством. При виде нас от группы мужчин отделяется невысокого роста мужичок. Он приветливо махает Гилберту и с интересом разглядывает нас. Они обмениваются несколькими фразами на местном диалекте, потом Гилберт представляет нам вождя этого племени. Здесь нам предстоит ночевать, сюда мы вернёмся вечером и здесь, нам племя покажет небольшой самодеятельный концерт. Также Гилберт интересуется рыбой на продажу, на что вождь заявляет, что вечером всё будет ясно и понятно. Рыбацкая команда уже отправилась на улов, если всё будет хорошо, то они смогут выделить часть этого улова нам на продажу. Гилберт говорит нам, что тут мы оставим все купленные нами в Пукальпе, тетрадки и ручки. В этой деревне очень бедно живут, электричества нет, заняться особо нечем, вот местные жители, и занимаются по вечерам деланьем детей. Детей тут, поэтому очень много, тетрадок и ручек на всех не хватает. Государство почти никак не помогает с образованием подрастающего поколения.
Плывём по какой-то протоке среди густых зарослей. Лес вокруг очень живописен, около одного мангрового дерева, которое раскинуло свои корни и ветви на несколько десятков метров вокруг, мы останавливаемся в восхищении. Моя супруга просит Гилберта и Хосе отвернуться, а сама прыгает с лодки в воду.

В этом месте, в августе, всё кишит злобными пираньями и нельзя даже палец опустить в воду, откусят. Сейчас купаться можно, Гилберт авторитетно заявляет, что он предупредит нас об опасностях. Потом мы плывём еще, около часа и выплываем к небольшому красивому озеру. Наша лодка углубляется в сельву, пока не упирается в густое переплетенье ветвей и лиан.
- Ну! Готовы к приключениям? – спрашивает нас Гилберт.
Мы недоумённо смотрим на его приготовления. Гилберт достаёт из недр лодки 3 пары резиновых сапог. Он в Пукальпе заблаговременно интересовался размером нашей обуви и теперь мне понятно для чего.
- Мы сейчас отправимся смотреть одно из последних оставшихся великих деревьев. Сюда браконьеры ещё не добрались, их тут не пускают индейцы окрестных племён. Это дерево мне показал мой папа, ещё 50 лет назад. Так, я к нему и хожу каждый год, посмотреть на него, зарядиться могучей силой джунглей – рассказывает нам Гилберт.
Он быстро одевает резиновые сапоги, достаёт своё острое мачете и погружается по грудь в воду. Мы проделываем тоже самое. Я укладываю видео и фотоаппаратуру в специальный водонепроницаемый мешок. Прыгаю в воду с борта лодки.

Моя жена уже в воде и озадаченно осматривает большую палку, которую ей вручил Гилберт. Наш провожатый в этот момент вырубает вторую такую же палку для меня.
- Это Вам для ходьбы по затопленным джунглям, уровень воды ещё большой и может быть, даже придётся плыть – комментирует свои действия Гилберт.
На лодке остаётся за дежурного Хосе, а мы отправляемся в путь. Идущий впереди Гилберт буквально прорубается через заросли лиан и разных деревьев, скорость движения не очень большая и спустя час пути у моей супруги от холода начинают привычно стучать зубы.
- Вот скажи Гилберт! – вопрошает Оля – а часто твои клиенты решаются на такое путешествие?
- Нет, не часто, они бояться плавающих в воде пираний, аллигаторов и анаконд – говорит Гилберт - но вы, я был уверен, что пойдёте – улыбаясь, добавляет он.
- А, чего они бояться? Ведь ты же говоришь своим клиентам, что пираний и аллигаторов здесь нет – снова интересуется Оля.
- Как это нет? – возмущается Гилберт – они здесь есть, вокруг их много, только они нас не атакуют – добавляет наш проводник.
- Ой! Мне чего-то стало страшно – начинает переживать моя жена.
Мы с Гилбертом начинаем её успокаивать, причём Гилберт рассказывает, что если появятся аллигаторы или анаконды то нам ничего не надо делать, он хорошо знает, как себя вести в этой ситуации и в качестве доказательства демонстрирует здоровенный шрам на руке.
- Вот осталось на память от нашей встречи с аллигатором в этом месте, несколько лет назад – улыбаясь, показывает он.
Теперь и мне почему-то становиться не по себе.

Воды уже не по грудь, а по подбородок и всё чаще приходиться плыть, отталкиваясь палкой от дна. Наконец через час с лишним, мы попадаем к конечной точке нашего путешествия, к огромному раскидистому дереву lupuna.
Дерево действительно ОГРОМНОЕ. Оно возвышается над сельвой на два с лишним десятка метров, на таком дереве могла бы поселиться целая индейская семья. Гилберт благоговейно прикасается к большому корню, торчащему из воды и, закрыв глаза, что-то тихо шепчет.
- В Гватемале растут похожие на эти, деревья, под названием seiva, у местных индейцев они считаются святыми и их не рубят так, как здесь – грустно говорит Гилберт.
Нам тоже грустно. Человек, расплодившийся по планете Земля, планомерно уничтожает всё вокруг, не задумываясь о завтрашнем дне. Если вдуматься, то становиться очень страшно.
Путь обратно к лодке занял немногим более часа, мы устали и ползли, цепляясь за ветки и лианы, со скоростью черепахи – скорохода. Сзади нас то там, то здесь начинали подниматься стайки пузырьков и мы приготавливали свои остро заточенные шесты к бою. Но на деле, всё было спокойно и без всяких эксцессов, покусанные москитами, но абсолютно целые, мы добрались до нашего маленького судна.
Выйдя на середину озера, Гилберт поставил лодку на якорь. Мы занялись переодеванием в чистые вещи и просушкой мокрых. Хосе занялся приготовлением нам обеда.
Около пяти вечера мы вернулись в деревню, где должны были ночевать. Пришвартовавшись к дому вождя, мы увидели, что нас ожидает несколько нарядно одетых индейцев и несколько десятков тихо перешептывающихся детишек.

Нас тут ждали, чтобы начать представление. Нарядно одетых аборигенов было пять человек, два мужчины и три женщины. Один из мужчин был со смешной штучкой в носу и мне всё время тянуло церемонно присесть перед ним и сказать "Ку".
Среди нескольких десятков сидящих вокруг детишек попадались пожилые индианки. Нас усадили во главе большого деревянного помоста рядом с вождём и Гилбертом, недалеко от моей головы располагался небольшой плетеный гамак с лежащим там старым индейцем. По словам Гилберта, это был старый шаман племени, он чего-то приболел, и концерт местной самодеятельности провёл в самом удобном месте, в гамаке.
Концерт состоял из двух частей. В первой части пели песни, танцевали небольшие хороводы и всячески пытались вытащить нас на подтанцовки.
Во второй части концерта, все взрослые аборигены неожиданно достали всякие вещицы и устроили мини базар, разложив перед нами, какие-то вышитые бисером кошелёчки, платочки, крашенные куски материи, глиняную посуду. Мы почувствовали себя крайне неловко, так как тут явно рассчитывали, что мы это всё купим, а нам оно нафиг не надо было. Пришлось идти на компромисс и купить пару безделушек у двух пожилых индианок к зависти других. Одну тётушку, которую звали Россита, мы попросили нам немного попозировать за деньги. Она проявила весь свой фотомодельный талант, который наверняка заложен в каждой женщине независимо, где она живёт.

Наша модель Россита жила на краю земли в племени shipibos - conivos. Конечно же всё племя потом ухахатывалось и поддевало её, как могло;))
Потом мы передали вождю купленные нами в Пукальпе тетрадки и ручки, а также пообещали передать с Гилбертом ещё столько же по возвращению в Пукальпу. Мы просто не рассчитывали, что детей тут так много. После окончания концерта все разошлись по своим хижинам. Быт индейцев в джунглях скуден, если делать особо нечего, то они лежат на пороге своих кривых, покосившихся домишек и наблюдают за неспешным течением реки.

К дому вождя подплыла довольно большое каноэ. Это вернулись рыбаки с уловом. Улов был неплохим, дно лодки было завалено рыбой, основное количество которой составляла известная нам вкусная рыба-пеламида.
Пока разгружали лодку, Гилберт купил у вождя четыре килограмма рыбы для нас и положил её на лёд в свой ящик-термос. Пока перегружали улов из лодки в наш ящик, Гилберт показал все виды выловленных рыб, их было семь штук.
Самые примечательные это рыба – кот, названная так из-за своих огромных усов, несколько небольших пираний, известная нам пеламида, а также амазонская сардина и ещё три не запомнившихся нам вида рыб, но на деле оказавшиеся очень вкусными экземплярами в жареном виде.
На ужин Гилберт, чтобы мы не просили добавки, приготовил нам столько жареной рыбы, что мы еле выползли из-за стола.
Пошёл небольшой дождик и мы все спрятавшись под навесом, смотрели на неторопливый индейский уклад затопленного мира Амазонии. Вот кто-то неторопливо пошёл снимать бельё. Вот курицу прирезали на ужин. Вот женщина моет в корытце своих детишек и весело щебечет о чём-то своему усталому мужу….

На закате, к деревне, пришла большая группа серых дельфинов, которые развлекали всех до позднего вечера. Сплавав в туалет, мы приготовились отходить ко сну.
Походы в местный туалет это вообще отдельная песня. Если кто-то хотел справить нужду, то он брал каноэ с веслом и плыл в лес в одно отведённое место.

Моя супруга, сплавав с одной из девушек по малой нужде, чуть не перевернулась с лодкой. Я на секунду представил себе, если захочу в туалет по большому, и мне придётся это делать прямо с лодки!… вообщем представил и сразу перехотелось ходить в туалет на несколько дней. Ночью можно было ходить по нужде прямо с помоста домика, где мы ночевали, вокруг вода и лес, самому на каноэ лучше не соваться в полной темноте. Тем более что фонарик был только у нас и у Гилберта, всё остальное население деревни обходилось несколькими свечками, которые мерцали в разных углах индейского селения.

К нам в палатку неожиданно пришёл Гилберт и пригласил прокатиться по ночной сельве с вождём, они хотят показать нам аллигаторов во всей красе и если днём, они почти не заметны и прячутся среди зарослей, то ночью их легко увидеть по мерцающим красным глазам. Садимся в каноэ с мотором, двигатель работает оглушительно громко, вождь садиться на руль, а Гилберт с фонарём становиться на носу. Первые красные глаза довольно крупного экземпляра мы замечаем в том районе, где у деревни общественный туалет. Мне становиться опять не по себе. В туалет здесь я точно больше не пойду. Плывём дальше. Гилберт ищет место, где бы мы могли подобраться к аллигатору почти вплотную. Вполне возможно, что ему удастся схватить небольшой экземпляр и показать нам близко. Так мы проводим около двух часов, удаётся подобраться довольно близко, но потом аллигаторы уходят под воду. На обратном пути, Гилберт издаёт низкий горловой звук, похожий на громкое внутриутробное кваканье. В ответ нам из недалеко расположенной рощицы, несётся такой же звук, но намного более грозный.
- Это ответила самка аллигатора, очень крупный экземпляр, очень опасная и скорее всего с детенышем, вообщем надо плыть отсюда пока не нарвались – говорит вождь и ускоряет лодку.
Боковым зрением я замечаю плывущую параллельно нам, небольшую, около метра длиной, чёрно-красную змею.
- А вот это самая настоящая смерть в джунглях – говорит побледневший Гилберт – если укусит, то, вряд ли успеешь домчаться до города.
К счастью она спешит по своим делам, и мы её не интересуем. Добираемся до деревни и до палатки, которая установлена в ряду из пяти палаток, на помосте, где проходил концерт. Начинает накрапывать дождик и очень хочется спать. Вокруг лежат в москитных сетках усталые индейцы и мы, парочка украинских путешественников на другом краю земли. Сон приходит быстро и незаметно.


Перед началом четвёртой части, хочется сказать, что в этом материале будут использованы картины известнейшего перуанского художника – бывшего шамана, Пабло Амаринго (Pablo Amaringo).
Пабло - старинный друг Гилберта и его отца. О самом художнике и нашем знакомстве с ним, я расскажу позже. Хочется отметить, что основным направлением творчества Pablo Amaringo, было и остаётся изображение видений аяуаски ( его картины это действительно ТО, что вы видите во время церемонии аяуаски и этим они ценны, это невероятно сложно передать ).

Он родом из племени shipibos – conivos, в его работах, кроме видений, отображена также жизнь индейцев родного племени, его мировосприятие Амазонии и сельвы. Живёт он в Пукальпе. Работы его имеются в самых ведущих музеях мира и стоят по несколько десятков тысяч долларов, а теперь возможно и дороже.
Прочитать о нём можно тут:
http://www.pabloamaringo.com
http://www.absolutology.org.ru/amaringo.htm

К нашему огромному сожалению, Пабло Амаринго умер в октябре 2009 года не дождавшись нашего повторного, запланированного визита в 2010 году ;(( Пусть его душу с радостью примут духи сельвы! Аминь.

Продолжение

 

МЫ
КИНО
ПРОЕКТЫ
ПУБЛИКАЦИИ
НОВОСТИ
ФОТОГРАФИИ
ГРАФИКА
ЖИВОПИСЬ
РАССКАЗЫ
СИМВОЛИКА
ВЫСТАВКИ
КОММЕНТАРИИ
КОНТАКТЫ
ОТПРАВИТЬСЯ В ПУТЕШЕСТВИЕ С ПАГАНЕЛЯМИ
We
Films
Projects
Publications
News
Photos
graphics
Painting
Traveling
Symbolics
Exhibitions
Travel with Paganels
Comments
Contacts
МЫ | НОВОСТИ | ОТПРАВИТЬСЯ В ПУТЕШЕСТВИЕ С ПАГАНЕЛЯМИ | ФОТОГРАФИЯ | КИНО | РАССКАЗЫ | КОНТАКТЫ | КОММЕНТАРИИ | ПРОЕКТЫ | ПУБЛИКАЦИИ | ЖИВОПИСЬ | ГРАФИКА | СИМВОЛИКА | ВЫСТАВКИ
WE | NEWS | TRAVELING WITH PAGANEL | PHOTOS | FILMS | TALES | CONTACTS | COMMENTS | PROJECTS | PUBLICATIONS | PAINTING | GRAPHICS | SYMBOLICS | EXHIBITIONS

В этом разделе Вы сможете следить за всеми обновлениями, происходящими на страницах нашего сайта, а также об основных событиях в нашей творческой деятельности.

Члены нашей команды Андрей и Ольга Андреевы занимаются фотографией уже много лет; их работы иллюстрируют статьи Андрея о путешествиях, опубликованные во многих журналах. В этом разделе Вы сможете «полистать» страницы с их публикациями и почитать статьи.